Пошел я в поликлинику закрывать больничный и там, в очереди, узнал имя врача - Кириллова Наталья Олеговна.

На приеме она тоже спешила, но не так заметно.

Мне понравилась ее манера говорить - литературно правильные, круглые фразы, какой-то журчащий, уверенный в себе голос, и на дне - намек, недосказанность, что-то очень женственное. Манера московская, интеллигентная. Разговор - как панцирь.

- Продлю еще на три дня.

- Не стоит. Все равно в понедельник я пойду на службу. Необходимость, знаете ли.

- Как хотите.

Тут медсестра ее, пожилая дама, с кислым видом сидевшая напротив, зачем-то вышла, и мы в кабинете остались одни - Хм! - сказал я. - А почему бы нам не сходить с вами в ресторан, доктор?

Не знаю, почему я это брякнул, зачем, с какой стати - бес толкнул под руку. Она подняла на меня глаза без всякого удивления, спросила без улыбки:

- В ресторан? А в какой?

Я не гусар, поэтому ответил туманно:

- Даже не знаю. Куда хотите. Хотите в наш, в "Черемушки"?

Я растерялся. Должна была, в общем-то, она растеряться, а получилось наоборот. И самое забавное, тема никак не изменила ситуацию - продолжался разговор пациента с доктором. И слабое любопытство, которое я уловил все же в ее взгляде, напоминало любопытство врача, столкнувшегося с не совсем обычным течением болезни.

- В "Черемушках" у меня полно знакомых.

- Как, в самом ресторане?

На ее лице легкая улыбка - одобрение: диагноз уточнен.

- Нет, не в самом. Но все же...

- Давайте я вам позвоню в ближайшие дни. Годится?

Она деловито записала на рецепте телефон, протянута мне. Смотрела строго и приветливо. Не изучающе, любезно.

Уходя, я спросил:

- Если я вечером позвоню, наверное, муж снимет трубку?

- Я сама сниму.

Позвонил я Наталье Оле!овне, своему участковому врачу, недели через две. Было у нас какое-то полуофициальное чаепитие (с коньяком и выяснением отношений) в безымянной шашлычной неподалеку от моей работы, которое закончилось часам к семи, участники разбежались, а я бросил две копейки в автомат и набрал ее номер.