Утром Скотта на служебной машине подбросил старина Виллиям – его подопечный опер и правая рука. Айван попросил ребят в дом, Вил замялся, вроде как на работе, но Феррари только рассмеялся – сегодня пока я еще твой начальник, поэтому спишем часок посиделок на служебную необходимость. Но у Вилльяма что-то пискнуло из рации с малюсеньким дисплеем, тот глянул, и только развел руками – мол, без стеба надо бежать, дела требуют. Оно и к лучшему – можно свободно трепаться о предстоящем без лишних ушей. Мать быстро накрыла на стол, выставила суп харчо и голубцы со сметаной. Феррари трескал за обе щеки, видно, еда ему понравилась, и хвалит он отнюдь не из вежливости. Айван пошутил:

– Скотт, может тебе жену русскую найти?

– Нет, дружок, спасибо. Жены мне не надо, а вот от русской тещи я бы не отказался!

– Слышь, мы вроде как на службе, но по моей национальной традиции надо унцию чистой водки за удачу хряпнуть. Сорри, не прими за провокацию…

– Да ты че?! Конечно, наливай!

Выпили не одну, а три. В сумме будет по сто грамм, наверное, смех для русского, но для американца в служебное время весьма даже смелое действие. Ваня под предлогом, что надо вызвать такси, пробрался в свою комнату и повыкидывал все запасы консервов, которые ему умудрилась втихаря напихать мама, а заодно вложил литровый пузырь текилы – будет с чем посидеть вечерами, тусоваться в гостиничных барах он не любил, а пойло из холодильника в номере всегда очень дорогое. Наконец позвонил таксист, ребята отдали ему чемоданы, а сами присели на дорожку – тоже экзотическая традиция, которую Феррари только что узнал. Мать опять стала плакать, а отец излишне долго трясти руки – прощание несколько затягивалось и захотелось убежать как можно быстрее. Ну, все, увидимся через три месяца!

На досмотре при посадке в самолет Феррари попросили снять туфли.